Абсолютная власть-3. Правила игры.

Помещение в которое мы попали было совсем иным, чем предыдущая комнатка с зеркалом. По размерам оно было не меньше физкультурного зала, хотя освещение мешало нормальной оценке размеров: ближняя к нам половина была ярко освещена прожекторами, которые висели на потолке, а противоположная наоборот была в полумраке, в котором можно было разглядеть только длинный стол и около 10 сидящих за ним людей. Справа от себя я увидела большой неглубокий кафельный бассейн, в который можно было спуститься по 4-м ступеням, но наш «командир» уже направлял Дашу в другую сторону, и она наоборот поднималась на возвышение, типа сцены. Когда мы все поднялись туда, то музыка до этого игравшая на фоне стихла, а из полумрака донеслись присвистывания и возгласы одобрения (я разобрала только «наконец-то, снегурки приехали»). Наш руководитель взял слово, и видимо у него был микрофон, потому что голос его был хорошо слышен на всё помещение.

«Уважаемые гости нашего праздника! Прошу прощения за задержку развлекательной программы. Как и говорилось в приглашении хозяин дома — сегодня обходимся без имён, напоминаю — программа у нас особенная. Наши снегурочки приехали выступать не за деньги, а за нечто более ценное. Давайте я коротко представлю их, чтобы вы поняли о чём идёт речь», — он легонько подтолкнул в спину Дашу, которая беспокойно озираясь шагнула вперёд.» Вот например, Дарья. 38 лет, преподаёт в одном из регионов в хорошем институте — очень положительная женщина. А вот сын у неё пошёл по наклонной дорожке, поиграл в политическую оппозицию и уже ждёт суда. Сколько ему светит, Дарья?»

Чуть не плача она тихо произнесла: «10 лет»

«10 лет! — повторил он для всех в микрофон. А вот наша вторая снегурочка, Виктория! Она тоже до 35 лет работала в администрации, была ответственным сотрудником, а вот на прошлых выборах решила голоса считать «по-честному» — как она говорит. В прокуратуру пошла, про подлоги рассказывала: в итоге сама под следствие за подлог попала! И сколько вам теперь грозит, дорогая?»

Глядя в одну точку, блондинка коротко сказала «10».

«Тоже 10 лет! Ну и Екатерина,» — не дожидаясь толчка я сама выступила вперёд. «34 годика, рекламу делает. А вот муж у неё связался с нежелательными организациями — и теперь…»

Я сама произнесла 10 лет, принимая правила игры.

«Как вы поняли, здесь собрались девушки, которые могли бы потерять 10 лет своих жизней, если бы сюда не приехали. И вот они здесь. По милости хозяина нашего вечера только за эту смелую самоотверженность правосудие, в вашем лице, может сделать им послабление до 5 лет. Девочки, можете этому порадоваться!»

Лично я много отдала бы за такое ещё вчера, но конкретно сейчас меня такая щедрость больше пугала. Что же они хотят за такие подарки?

Из темноты зала кто-то авторитетно кашлянул, и мастер прервался, чтобы дать ему слово. Слово это было сказано зычным и уверенным голосом, который видимо привык распоряжаться. Он не прятался за формулировками в кругу друзей, поэтому его речь расставила всё по своим местам.

«Я вам скажу, друзья, что как мы знаем правосудие может быть милостиво. Но когда дело заходит о государственных делах, то здесь неправильно просто миловать — нужно искуплять и бороться с рецидивами. Поэтому очень важно, чтобы эти 15 подаренных лет были отработаны, а не подарены. С другой стороны, нам ведь не жалко? Подарили 15 лет, давайте накинем ещё 6 лет. Но пусть Фемида и слепа, но она должна учитывать силу раскаяния или, в нашем случае, прилежность искупления. Поэтому чтобы девочки не филонили я предлагаю эти годы разыграть. Если просто приехала отбывать номер, то получишь свои минус 5 лет срока и всё. Будешь стараться получше, то получишь минус 7. А самой старательной достанется новогодний приз — минус 9 лет. С учётом СИЗО, можно считать это билетом на волю. Но за это, сучки, надо будет постараться. Вы тут не на хуях кататься приехали, чтобы кайф ловить…хотя если мы захотим, то прокатим. Вы тут, чтобы искупить, отстрадать и потом зарубить себе и всем своим на носу «нечего в сторону хозяев тявкать». Поэтому, чтобы нам стало весело мы будем играть, но вам будет нихера не весело: стыдно, страшно, больно, противно — это может быть. Для этого здесь один из лучших мастеров для дрессировки таких сук, наш ведущий. Да и мы люди с опытом и богатой фантазией…

Если против, то можете уебывать отсюда. Если согласны, то снимайте с себя эти шмотки и падайте на колени, как и подобает просить о снисхождении. У вас минута на подумать.»

Естественно, никто из нас не мог трезво соображать в эту минуту. Вика почти сразу сбросила с себя колпак и стянула платье, аккуратно опустившись на коленки — ей самой светило заключение и ради нескольких лет жизни она готова была на многое. Мы с Дашей переглянулись, и она тоже начала неуверенно снимать платье. Я судорожно думала. Конечно, мужа я любила, но здесь дело пахло какой-то жестью. Если 5 лет скостят, то отлично вообще. Но вдруг, если отказаться, то не скостят — переспрашивать было как-то не с руки в такой обстановке. Да и такая возможность — увидеть мужа на свободе вот-вот — была целью моей жизни в последнее время. Убить здесь не должны, так что можно и попробовать. Когда решение было принято, Даша уже стояла на коленях, глядя в пол перед собой, а я поняла, что минута на исходе. Колпак полетел прочь, платье под ноги, и я быстро бухнулась на оба колена.

Раздались аплодисменты из зала. Когда они стихли, мастер подождал ещё немного и обратился к гостям.

«Ну вот и здорово, что все на своих местах! Теперь попрошу у вас пять минут на общение со своими подопечными, чтобы наш вечер прошёл более гладко.»

Он зашёл к нам за спину, зашумел чем-то металлическим и оттуда начал говорить.

Теперь, когда все точки над i расставлены, вы должны запомнить некоторые вещи для удобства нашей коммуникации, так сказать.

» Во-первых, ваши кудри тут не нужны, поэтому волосы собираем в хвост или в тугой пучок», — он прошёл и раздал нам чёрные обычные резинки для волос. В другой руке я с ужасом обнаружила тонкую палку типа бамбуковой около метра длиной. Руки дрожали, но я собрала свои волосы в хвостик. Даша тоже быстро справилась, а вот Вике за долгую возню с длинной причёской прилетело палкой по заднице.

«Во-вторых, пока вы здесь, то забудьте свои статусы и социальные роли: мамы, дочки, начальницы, подруги — это всё осталось за дверью. Здесь вы суки, которые выполняют команды хозяев, в первую очередь — мои.» Параллельно он нацепил на меня и других девушек достаточно тугие кожаные ошейники толщиной около 5 см, с металлическим кольцом.» Все ваши перемещения теперь только на коленях или на четвереньках.

В-третьих, вам нужно запомнить несколько стандартных позиций, чтобы мне не всегда направлять вас палкой» , — он улыбнулся Вике на этих словах. «Для начала всего 3: ждать, осмотр и дырки.

Даша покажет нам «ждать» . Делай, сучка, не тормози: ноги раздвигаем чуть шире плеч, жопку усаживаем на пятки; спина прямая, руки заводим за спину и берём себя за локти.»

Даша заняла указанную позу. Я со спины видела как её пальчики с белым маникюром вцепились в предплечья. Мастер обошёл вокруг неё и внёс несколько корректировок.» «Ноги раздвинь немного шире (он легонько постучал палкой по внутренним сторонам бёдер), а спинку нужно держать прямо (палка уперлась концом между лопаток, а рука потянула за пучок волос).»

Когда нужный результат был получен, мастер указал нам палкой на Дашу:

«Такую позу занимаем по команде «ждать» или когда нет других команд или задач. Вике у нас достаётся «осмотр». Руки в замок на затылке, плечи расправляем, локти разводим в стороны. Садимся на корточки и максимально разводим колени в стороны. По команде осмотр я должен получить максимальный доступ к вашим тушкам: сиськам, пизде и жопе.» По ходу рассказа он показывал нам, что имеет ввиду: провел рукой по её маленьким грудкам, слегка щипнув каждый сосок; запустил руку между ног и провел указательным пальцем от копчика до клитора. На этом моменте она почти потеряла равновесие, затанцевав на носочках, но мастер поддержал её за ошейник, не давая упасть.

«В этой позе вас должно быть хорошо видно.»

Я понимала, что следующая поза за мной, и название «дырки» меня совсем не радовало.

«Дырки будут посложнее, их нужно будет показывать с двух сторон», — подтвердил мои опасения мастер. Он подтолкнул меня в спину, и я сделала пару шагов на коленях, оказавшись на метр впереди всех. «Ножки ставим вместе, ладони кладём на попу. Нагибаемся так, чтобы спина была параллельно полу» (Это оказалось довольно сложно, но его рука придерживала меня за ошейник). «Теперь показываем дыры: их у вас 3, и все должны быть в этой позе максимально раскрыты. Руки тянем в стороны и вверх, пока не будет раскрыта ваша розовая щелка.» Я растянула так, что губы раскрылись и даже воздух попал внутрь, но тут почувствовала едва ощутимое касание дырочек палкой, отчего они сжались и меня прострелило аж вниз живота.

«Больше в стороны тяни, задняя дырка почти не видна! — прикрикнул мастер, и я потянула до покалывания кожи в районе копчика. Палка убралась, и он опустился на корточки перед моим лицом.

«Рот мы тоже открываем широко, а язык высовываем на максимум.» Я сделала это, но оказывается, что высовывать язык нужно сильнее, что он и проделал, схватив его и потянув к низу подбородка, пока я не замычала от боли.

«Эта поза более практическая, открывает доступ в ваш внутренний мир: горло», — два пальца воткнулись глубоко в рот пока я не закашлялась. Дождавшись когда я снова высуну язык мастер продолжил. «Пизду», — я понимала, что будет, но всё равно вздрогнула, когда пальцы воткнулись в мою раскрытую писечку. Было неприятно, но когда они покинули её, я с ужасом поняла куда они отправятся дальше. У нас с мужем бывал анальный секс, но очень редко и под моё особое настроение. Сейчас же несмотря на мои ладони, тянущие полупопия по сторонам, сама дырочка была зажата от страха до состояния «можно лом перекусить».

Мастер взял меня за хвостик на голове, и прошептал на ухо: «Вот тебе и наказание за трусы, Анечка. Это хотела припрятать? И конечно жопа,» — последнее он уже произнёс громко, чтобы все слышали. Его пальцы коснулись ануса и после нескольких мучительных для меня секунд примерки один из них медленно полез внутрь меня. Не из-за нежности моего мучителя, а в виду сопротивления моей попки. Эти 7 сантиметров растянулись на 20 секунд, каждую из которых меня будто насаживали на елочную шишку. Боль отдавалась по всему низу живота, и я негромко кричала не в силах сдержаться, даже понимая что кричать никто не разрешал.

«Открой свой рот и вытащи язык или я вставлю второй палец», — лицо мастера оказалось сбоку от моего. Каждое слово он сопровождал сгибанием пальца внутри меня, отчего я вздрагивала. Второго пальца я бы сейчас не выдержала, поэтому выполнила приказ в надежде, что скоро он закончит.

Через 10 секунд он потянул меня за волосы наверх.

«Молодец! Теперь повернемся к девочкам и покажем им твои успехи. С пальцем у тебя получается лучше, поэтому пока оставлю его.» Он согнул палец в попке как крючок и начал поворачивать меня на 180 градусов. Я кряхтела и постанывала пока перебирая коленями вертелась и нагибалась: теперь щелку я показывала нашему жюри. Из моих зажмуреных глаз текли слезы боли и унижения, но мастер снова дернул меня за волосы: «Глаза в этой позе глаза открыты» Девочки смотрели за тем как я гримасничаю пока палец мастера покидает мой зад (это было так же неприятно). Потом этот палец он неторопливо и обстоятельно вытер о мой высунутый язык. Он осмотрел его и не полностью довольный результатом сказал мне обсосать его. Я сосала и смотрела в его холодные жестокие глаза. Горьковатый вкус пальца был терпим, но сама ситуация была дикой: я сосу палец мужика, который он вытащил из моей попки, глядя ему в глаза; все это прямо перед напуганными девчонками; свои дырочки при этом я все ещё показываю в зал.

Оттуда за всё это время не было никаких протестов или сочувственных вздохов — только смешки, и возгласы одобрения. Может быть от вида моих дырок, терпение у кого-то не выдержало: «Когда мы уже начнём играть с этими шлюхами?!»

Мастер вытащил палец из моего рта.

«Всем ждать», — сказал он, и мы с Викой смогли наконец-то сменить неудобные позы.

«С какой игры начнём, господа? Есть игры внешние и внутренние, спереди и сзади, снизу и сверху — какие вам угодно!»

«Внутренние и сзади — вон как темненькой понравилось» — , прокричал тот же голос и все заржали. Я прямо ощутила как задрожали Вика и Даша по бокам от меня от такого предложения.

«Кстати, мы их должны по имени отчеству величать? Я что каждую блядь помнить должен?!»

«Вы просто немного торопите события, — сказал мастер. Дайте мне ещё минутку.»

Он снова зашёл к нам за спины, и я услышала шелчок и почувствовала запах спирта.

«Даша, осмотр!» После этого какие-то манипуляции выполнялись с Дашей спереди и сзади — я побоялась вертеть головой без команды. Через полминуты мне тоже последовала команда «осмотр» и я, балансируя на носочках, ощутила щекотания на спине и попке, потом на животе — мастер что-то писал. В конце он взял меня за волосы и аккуратно написал что то на лбу. Вику постигла та же участь. «Можете посмотреть друг друга, девочки, вижу что любопытно» — усмехнулся мастер.

Мы быстро огляделись и, судя по тому что на Даше был нарисован номер 1, а на Вике 3, то я не ошибусь, если у меня на животе 2. И действительно, так и оказалось.

«Ждать!» — сказал мастер и обратился к залу.

«Вуаля, все они пронумерованы! Если нужна будет какая-то, то просто можете назвать номер сучки. Что ж, если хотите начать, то не вижу причин откладывать. Внутренняя сзади?»

Раздались одобрительные возгласы

«Тогда предлагаю вам переместиться поближе к мокрой зоне, потому что эта игра будет происходить там.»

Люди, одетые в основном в банные халаты, начали неспешно переходить из стола на диваны в другую часть комнаты, а мастер повернулся к нам.

«На четвереньки, сучки, и давайте туда», — кончик палки указал на пространство у входа, которое я приняла за бассейн.

Я меньше всего хотела сейчас «задних игр», но памятуя что стоит на кону, неумело поползла со сцены вслед за попой Вики, которую украшала цифра 3…

Продолжение следует.

Прислано: Cowperwood