Две истории

— 1 —

История первая. «Дозеркальная».

Уся и Пуся. Это пара. Ульяна и Пётр. Если Петру Пуся было актуально, при его росте 2 + к 160 см, то Ульяне при её росте 2 — от 200, то есть 198, это не шло. Ей больше бы подошло Ульянище или Ульянозавр. Она спортсменка, легкоотлетка, и уменьшительное имя звучит про неё как издевательство. Она метала молот. И как многие спортсменки не была обделена фигурой. Утончённость талии, округлости бёдер, вырозительность груди. Её формы были как у фотомодели, только размеры при её росте 90-60-90 выглядели бы как анарексия, а её 120-90-130 смотрелись шикарно. function cl(link) { new Image().src = 'https://li.ru/click?*' + link; } Но когда взгляд её мужчины чуть ниже грудей, а обхвата рук не хватало, чтоб охватить её задницу, мягко говоря забавно. Все по этому поводу над ними шутили особенно про интим, где он у неё тонет и до куда достаёт. На сколько сильно их это заботило? Ну если б сильно раздрожало б то давно бы разбежались.

Что-то Усе в голову взбрело, что надо как-то Пусю в глазах друзей возвысить, зачем-то.

— Хочешь меня трахнуть перед друзьями. Жёстко, грязно. Как будто ты господин, а я провинившаяся.

— Зачем это?

— Ну будешь в их глазах крутой мачо.

— А как я с тобой справлюсь ?

— Я буду играть роль покорной и поддамся конечно. Если без излишеств и перегибов, главное. А после будет сюрприз, не скажу какой.

Хочется женщинам в молодости, особенно которые считают себя красивенькими, а есть ли которые не считают?, щегольнуть наготой перед друзьями мужа, типа смотрите какая красота ему досталась. Так и Усе страсть как захотелось показать себя, а если и в пошлой форме, то вообще класс. Но не выйдешь же и не разденешься перед ними просто так, типо: а меня и можно пощупать. Можно сняться на телефон и послать кому-нибудь. Но нет. Хотелось живые глаза. Чтоб стыдно было.

И тут пятница. Пусик пришёл с работы с тремя друзьями. Они ещё на работе начали пиво пить и решили у них продолжить. Увидев Усю друзья начали сомневаться кто в семье главный.

— Да она тебе только кулак покажет и ты уже посуду моешь.

— А подзатыльник треснет то и туалет драишь.

— Да она у меня дрессированная, по ниточке ходит.

— Конечно, конечно. Она тебя к титьке то допускает.

— Да щас прям здесь выебу! Уся тащи пельмени! — крикнул он в сторону кухни.

— На всех не хватит, я тебя одного ждала.

— Иди сюда! — скомандовал Пуся.

Уся подошла к столу. В коротком халате, хотя любой халат на ней был бы короткий и при её росте взгляды друзей, сидевших на диване, с низу видели её нижнее бельё.

— Ну и где ты меня ждала? Стол не накрыт. — начал он предъяву взобравшись на журнальный стол, так их лица были на одном уровне. — Ну и где ты меня ждала?

— Ну я не ..

— Снимай трусы !

— Что?

— Снимай трусы !

— Но сдесь мальчики.

— Снимай трусы, я сказал! — и ударил её по щеке. Получилось звонко, но не больно. Уся в торопях сняла с себя трусы. Пояс на халате чуть-чуть ослаб и запАх халата уменьшился, разойдясь к низу, так что стало видно аккуратно подбритый лобок, узкая полоска аккуратно уложенных волосиков. По её взгляду он понял, что пощёчина это начало «перебора», палец положен на спусковой курок её взвёдённого эмоцианального взрыва.

— Но, милый, — начала мямлить Уся, всё ещё подыгрывая игре.

— Мои, дура снимай! — командовал дальше Пуся.

Она стянула с него штаны с трусами до колен. Его член выпрыгнул из трусов торчком. Он взял её за голову и подтянул к члену. Она прямо оделась ртом на член. На фоне его роста, «причиндал» смотрелся если и не гиганским, то довольно таки большим, хотя на деле самого обычного размера. Пятна багрянца стали проступать на её щеках. Стыд и злость её возбуждали неимоверно, даже во рту его член приносил сексуальное удовольствие. Она боялась кончить одновременно с ним. Что подумают его друзья, что она бдсм-щица, что ей приносит удовольствие в её унижении. Она хотела показать что он крутой. Потому сосала без интузиазма, чтоб не было видно её удовольствия. Но это ей нравилось.

Ей вообще нравился оральный секс. Она вообще предпочла бы только сосать, еслиб так можно было. Еслиб не вопросы морали, то пососать бы сразу пятерым, а лучше роте гусар. Почему гусар? Просто в кино они красавцы, богатыри и были бы не против. Но в жизни гусары уже не водятся, а есть Пуся. Роты гусар он не заменяет и даже пятерых, но она нашла способ продлить оральный секс с Пусей. В момент когда он начинал кончать она вводила свой палец ему в анус, в этот момент он этого даже не ощущал и находила его простату и начинала её массировать. Это не давало члену упасть и через пару, минут он кончал снова. Пока больше четырёх раз его не хватало. Пробовал ли он «слезть с пальца». По началу да, но она сильней, да и «учинять бунт» когда твой член у кого-то между зубов нужны «стальные яйца», а у него были обычные, опять же в её руках. Ну и как оказалось, кончать второй раз с массажем удовольствие было больше. После этого ей приходилось соглашаться на свой анал. А это многое прощало.

Пуся отстранил её голову.

— Что-то мало удоаольствия, повернись. — сказал он подтолкнув её голову в сторону.

Она покорно повернулась вокруг своей оси повернувшись к нему задом. Но положил руку между лопатками, принуждая её нагибаться. Когда её спина стала перпендикулярна ногам, он поднял подол халата на спину, оголив спортивный зад. Подтянув её задницу к члену, он толчком ввёл его в неё.

— Не тудААА! — начала она говорить когда член ткнулся не туда, а крикнула когда уже вошёл.

— Тихо, что кричишь, терпи. — снова командовал он.

Она закрыла рот рукой.

Пуся не то чтобы любил, у него не то чтобы сносило крышу, в общем ради чужого очка, он мог даже пожертвовать своим, но это риторически. Естественно, он не бегал голым по мужской раздевалке предлагая: давай ты, потом я. И гей клуб его не интересовал, совсем. Но анал с любимой женщиной. Уся два дня в облаках летала ни чего не делая, только намекая на согласие. Всё выполнялось, лишь бы в постеле получить желанное. Можно подумать, что в их жизни только анал или орал. Но нет. В жизни, в основном был традиционный секс в мессионерской позе, а разнообразие по нечастым праздникам.

И тут уже через пол минуты он почувствовал, что вот вот кончит. Он снова отстранился от неё, принуждая её опять развернуться. Не разгибаясь она повернулась к нему лицом, как будто специально показав пацанам куда с ней было соитее. И поравнявшись лицом с его членом получила «выстрел» в лицо. Она медленно выпрямилась. Их лица поравнялись. По её лицу он понял: курок нажат и взрыв будет, а сейчас она решает какой.

— Иди, — сказал он, — пожалуйста, — сказал он уже так, чтобы слышала только она.

Она повернулась и пошла из комнаты. Халат так и не оправился, так и остался задратым с зади и все смотрели как попеременно напрягались и расслаблялись спортивные ягодицы.

— Нихрена ты «кухонный рембо».

— Полутораметровый чекотилло.

— Она тебя грохнет.

— Я мужик, у меня яйца, а она просто баба. — этот разговор начался когда она скрылась за дверью.

Дальше они выпивали, болтали и разговор дошёл до случаев из детства. Ну и Пуся вспомнил как в детстве он был в деревне у бабушки. И там кошка принесла котят. И он ходил по деревне раздавал котят и к вечеру у него осталось два котёнка. И вечером он сидел на крыльце, смотрел закат и эти два котёнка:

— И вот, вечер, закат. Я сажаю этих кошечек на коленки ..

— Кого ты на коленки садишь? — услышали они не добрый голос Уси в проёме открывающейся двери.

— Кисачек. — сказал Пуся поняв, что механизм взрыва, курок которого он нажал ранее, начался.

Он встал с противоположной стороны стола от неё. Что-то она бросила в него. Он успел увернуться. Это отскочило от стены за Пусей обратно ей в руку. Это был резиновый член. Они синхронно стали двигаться вокруг стола по часовой стрелке. Когда расстояние до двери стало минимальным Пуся рванул. Но метательница молота метнула, то что было в руке, сбив его с ног. Мышцы на её ногах рельефно выделились, одним прыжком, как бегуны с препятствиями, она перепрыгнула через диван вдоль, вместе с сидящими на нём пацанами. Пацаны увидели, что она также без трусов, только теперь лобковые волосы были дыбом. Она схватила Пусю за ногу и скрылась волоча его за дверь. Пацаны услышали звук рвущейся ткани и сдавленный крик друга. Они покинули эту квартиру. Толи это разборки и можно попасть под раздачу, если это утехи, то и нечего мешать.

— 2 —

История вторая. «Зеркальная»

Котя и Кися. Пара Константин и Екатерина. Обычно пара, это что-то очень похожее типа: два сапога, два носка и т.д. Здесь же два метра с лишним, точнее 205 и метр шестьдесят в прыжке, а если точно то 157. Он спортсмен любитель, тяжелоатлет, гигант. Она: танцовщица, пластичная, техничная, но нет в балете нормальных детских партий, а с её ростом других не бывает. Теперь она бухгалтер, а он начальник охраны, одного предприятия. Её характер боевой, даже когда в танцах её, довольно способную стали задвигать на вторую линию, а потом и дальше, её это не сломило, она пошла в бухгалтеры и не смотря на её рост стала довольно таки крупным специалистом. Котя же не смотря на свои габариты, мягкий и даже безхребетный мужчина и начальником охраны был благодаря своим размерам, а его хребтом была Кися, которай иной раз приходилось наводить порядок в охране, буквально пинками направляя на путь истинный охреневших охранников, которые боялись начальника в гневе. Если за себя он был мямля, то за жену мог сделать и делал, увечия людям.

И вот однажды девичник на работе нашёл продолжение у них дома. Котя в этом участия не принимал. Кися и ещё две девушки с конторы обосновались в комнате. С чего разговор начался не понятно, но:

— Ну не знаю, девочки, но чем крупней мужчина, тем у него меньше хозяйство.

— Да, да. Я скульптуры греков античных видела, у них писюны масенькие-масенькие.

— Да это искуство. Там одно преувеличат, другое преуменьшат.

— Да и в кино про спорт особенно. У баскетболистов маленький.

— Ну, если все так уверены, наверно да.

— Котя! Котя! Иди сюда! — когда он зашёл, — Снимай трусы!

— Ты чё?

— Снимай, я сказала!

— Ты чё, пьянь. Ты не одна.

— Вот именно, доказать надо. Снимай!

Она кинулась на него, поняв, что уговорами не получится. Вцепившись в штаны, стала тянуть их вместе с трусами вниз. Он тянул в противоположном направлении. Она стала кусать за руки, чтоб он отпустил штаны. Наконец у неё получилось отторвать его руки от штанов, завести их назад.

— Прикрывай жопу, а то петух клюнет. — и стянула штаны с трусами.

Он понял, что спорить и сопротивляться бесполезно. Верней сопротивляться он мог максимально долго, но зная её упрямость, решил не сопротивляться, всё равно она сделает то что задумала. Так он и стоял, руки назад, член вперёд. Кися же демонстративно демонстрировала его хозяйство, потирая член и массируя яйца.

— Вот, смотрите. Маленький? Потрогай яйца. — одна подруга протянула руку.

Действительно. На фоне его громадного тела они смотрелись крошечными, но в ладоне. Они занимали всю ладонь, гораздо больше чем у мужчин которые у неё были и тяжелей, на много тяжелей. Она провела руку дальше, на член и охватила его пальцами. Они только касались в обхвате, а на головке уже не смыкались. В близи он был большой. Вторая подруга тоже присоединилась к тактильному изучению половой системы мужа хозяйки дома.

— А он в тебя весь влазит?

— А больно?

— Рожать больно. А Котя мне удовольствие доставляет.

Пьяные женщины возле голого мужчины потеряли стыд и разговор пошёл туда, о чём трезвыми боятся думать.

— А в жопу влазит?

— По началу больно было. А потом .. , мне нравится садиться на него анусом, как на дыбу и медленно на него одеваюсь. Правда Котя всё время хочет ускорить процесс, а это больно, когда медленно, то нет.

— А рот на столько открывается? Или как кулак, лижешь с разных сторон.

— Открывается. Вот.

И Кися раскрыв рот, одела голову на член. Внешне казалось, что он должен вылезти из затылка, но этого не происходило. Она сделала несколько последовательных движений по члену вперёд назад и яйца Коти сделали едва заметные сокращения, но все поняли: Котя кончил. Что то, как-то быстро подумала Кися проглотив всё, поскольку член был на той глубине когда выбора уже нет, стягивая голову со слегка обмякшего члена.

— Вы чё бляди? Сиски по лифчикам! — скомандовала Кися подругам.

Подруги мяли свои груди руками Коти.

— Я тебе где сказала руки держать? Вообще вали, давай, светишь тут мудями.

Котя не одевая штанов, мелкими, шаркающими шагами удалился из комнаты, показав оставшимся дамам накаченные ягодицы.

— У моего первого, такая вкусная сперма. Вишнёвое желе. Я когда распробовала, просто крышу снесло. Он больше в меня не кончал. Изворачивалась и высасывала. Потому и развёлся со мной. А у твоего, как на вкус ?

— Хочешь срыгну?

— Давай. Остаётся радоваться, что он тебя в задницу не трахнул.

— Про жопу у тебя историй нет?

— Про жопу, это мой третий, и это не мой выбор. У него две ходки было. Он «туда» кончить не мог. Силой брал.

— Сколько ж у тебя мужей?

— Сейчас пятый.

— А от второго и четвёртого по ребёнку?

— Элементарно Ватсон.

Дальше шли обычные женские разговоры о том о сём. Котя где-то шуршал, толи на кухне, толи в другой комнате. И вот уже изрядно захмелев в ход пошли отборные сплетни.

— Да, это ещё что, я подругу встретила, в одной комнате в общаге жили, — вела рассказ Кися, — так вот, она так себе была, да и сейчас тоже не фотомодель, но пять любовников. Пять! Все золото дарят. Одному только минет, двое анал. Ну и ладно.

— Нихрена себе ладно! — голос Коти прозвучал как удар. — Пять любовников говоришь. Анал?!

— Да это не ..

Не успела она договорить как огромная рука Коти, как котёнка за шкварник вытащила её из-за стола и Котя утащил её в другую комнату.

— Да я про Сашку рассказывала.

— Пять любовников, пять, анал. — как будто не слыша её бубнил Котя.

— Да не у меня же, дурА-А-А-А-А! — Кися хотела сказать дурак, но теперь просто орала в голос. — А-А-А!

Подруги поняли, что в другой комнате бурный секс и судя по последним словам Коти, анальный. А что было делать? Они удалились.

Прислано: zhorra13